Как царь двумя ведрами пожары тушил?

— Пожар! Пожар! — в палаты царские сквозь охрану стрелецкую, нарушая все обычаи придворные, ворвался боярин по ситуациям форс-мажорным.

— Что горит? — спросил его царь, с неудовольствием отрываясь от пасьянса свейского, который раз не складывающегося.

— Страна горит, Ваше Царское Величие.

— Вся? — удивился царь.

— Почти. Всё в дыму, пока не видать, сколько осталось. Может, что-то и уцелеет. Но у нас кондишен заморский включен, — успокоил боярин тут же царя. — Во дворце царском этого смога отечественного точно не будет.

— И давно горит мое царство-государство? — спросил царь, новый пасьянс раскладывая.

— Месяц, как полыхает.

— А почему ты, паскудник этакий, раньше об этом не доложил? Кто у меня, едрит твою ангидрит, за форс-мажоры отвечает. Ась?

— Не вели казнить, вели миловать, — рухнул боярин в ноги царские. — Пожары эти не простые, а природные. Значит, здесь никакого форс-мажору нету. А я только за него отвечаю. Ты же сам указ подписывал, что природные теперь будем гасить только с Божьей помощью. Думаю, наворожил кто-то тут. Может, враги какие неопознанные хотят Вашего Величества с трона скинуть?

Вскипел тут царь-государь, словно чайник заморский. Врагов-то у него и в самом деле было не счесть. И решил царь сам с бедою государственной бороться. Раз уж бояре да холопы ничего сделать не могут. Бросил в сердцах карты пасьянсные и приказал подать ковер-самолет и два ведра воды живой, знахарями царскими заряженной.

Сел царь-батюшка на средство свое воздухоплавательное и полетел над страною, пожарами этими самыми природными пораженной. А внизу трубы печные и бабы воющие. Словно Мамай опять по стране прошел.

Но увидел народишко своего царя-батюшку и возрадовался.

— К нам, к нам лети, — кричат и руки тянут.

— Всех ведь разом не охватишь, — отвечает им царь-надежа. — Вас много, а у меня всего два ведра.

И решил царь чудо дивное народу сотворить. Вылил он два своих ведра на землю обожженную, гарью покрытою. И тут же на этом месте трава зазеленела и цветы зацвели. И мужик слепой, на которого тоже попало, прозрел.

И об этом чуде сразу же сообщили все газеты царские. А мужик, внезапно прозревший, в них свои впечатления рассказывал. Мол, первое, что увидел, был царь, парящий над Родиной. И, мол, сразу все горести предыдущие отпали сами собой. Ведь не отсиживается власть верховная в своих палатах царских. Поливает народишко сверху по мере возможности.

А царь тем временем дальше полетел. И над каждой деревней сгоревшей мелочь раскидывал. И начальству местному пальчиком грозил.

И порадовался народ погоревший, что о нем помнят и заботятся. Что ни в одном другом царстве-государстве нет такого мудрого и доброго правителя. А уж когда всем погорельцам царь сверху пообещал хоромы новые построить лучше прежних, да бояр нерадивых, в пожарах виноватых, на плаху отвести, ну вот тут-то все сразу и ликовать начали.

Бросили пожары тушить. И давай кидать в воздух шапки и петарды заморские запускать на радостях.

А царь-государь тем временем обратно в свой дворец возвратился. А там боярин по форс-мажорам с цветами и с медалью «За отвагу на пожаре» встречает.

Нацепил царь медаль на грудь царскую и снова за пасьянс сел.

«Что-то они у меня последнее время не складываются, — думал он, в который раз карты перетасовывая. — Может, в покер заморский играть научиться? Да вот беда. Блефовать не умею. В покере, как и в политике, без блефа нельзя».

А дым от сгоревших деревень тем временем заполнял царские покои, и никакой кондишен заморский уже с ним не мог справиться.




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: